Печать

ПРАКТИКА РАССМОТРЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ

ВО ВТОРОЙ ИНСТАНЦИИ (других регионов)

Апелляционным определением Алтайского краевого суда оставлен без изменения приговор Октябрьского районного суда г. Барнаула в отношении Б., осужденного по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы. Отменен арест на автомобиль***, который с системным блоком компьютера, планшетом, сотовым телефоном обращен в собственность государства на основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ.

Б. осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере. В судебном заседании Б. вину признал полностью.

В апелляционной жалобе Б. выразил несогласие с приговором в части конфискации автомобиля в доход государства. В обоснование доводов сослался на то, что указанный автомобиль является общей совместной собственностью его и супруги, приобретен ими в период брака. Решение суда о конфискации автомобиля в доход государства нарушает имущественные права его жены, имеющей право на долю автомобиля. Обратил внимание на дату приобретения автомобиля, что исключает его приобретение на деньги, вырученные от совершения преступления. Кроме того, указанный автомобиль в рамках уголовного дела вещественным доказательством не признан. Просил изменить приговор, отменить конфискацию автомобиля, приняв при этом во внимание тяжелое материальное положение его семьи и их непричастность к его преступной деятельности.

Суд апелляционной инстанции счел доводы осужденного не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Выводы суда о виновности Б. в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст.ст. 73, 88, 297, 307 УПК РФ.

Действия Б. правильно квалифицированы. Наказание назначено справедливое, в соответствии с требованиями закона, данными о личности осужденного.

Доводы жалобы о незаконной конфискации автомобиля признаны несостоятельными, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что принадлежащий осужденному автомобиль непосредственно использовался им в процессе совершения действий, связанных с незаконным оборотом наркотических средств для достижения преступного результата, направленного на сбыт наркотиков, т.е. образующих объективную сторону преступления, в частности, для доставки к месту расфасовки, а затем дальнейшей доставки наркотических средств в тайники, для последующего их сбыта. Таким образом, при установленных судом первой инстанции обстоятельствах указанное транспортное средство являлось средством для совершения преступления, и в соответствии с требованиями ст. 104.1 УК РФ обоснованно конфисковано судом в собственность государства. Режим совместной собственности Б. и его супруги на данный автомобиль, в данном случае, по мнению суда апелляционной инстанции, не является безусловным основанием для отмены принятого судом решения.

Оснований для изменения приговора по доводам жалобы, а также нарушений уголовного и уголовно–процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, не установлено.

(Апелляционное определение

Алтайского краевого суда

по уголовному делу № 22-4096/2016)

ПЕРЕСМОТР СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

В АПЕЛЛЯЦИОННОМ ПОРЯДКЕ СУДОМ ОКРУГА

Невыполнение адвокатом обязанностей, связанных с защитой интересов подсудимого, явилось причиной отмены приговора

Приговором Мегионского городского суда М., С., Г., Е. осуждены по п.п. «а,г» ч. 2 ст. 161, «а,в,г» ч. 2 ст. 161, «а,г,д» ч. 2 ст. 161, «а,в» ч. 2 ст. 163, «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы.

Из материалов уголовного дела следует, что адвокат А. осуществлял защиту интересов подсудимого М., который по двум преступлениям вину признал частично, а по трем - просил оправдать в связи с непричастностью к инкриминируемым деяниям.

Между тем адвокат, выступая в прениях сторон, просил действия М. переквалифицировать на ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 161 УК РФ (2 эп.) и признать его виновным в указанных преступлениях.

Таким образом, выступив в разрез позиции подсудимого, адвокат не выполнил свои обязанности, связанные с представлением интересов подзащитного в судебном заседании, чем лишил его права на эффективную защиту и доведение до суда позиции по уголовному делу, то есть нарушил гарантированное ст. 48 Конституции Российской Федерации право на защиту М.

В соответствии с п. 3 ч. 4 ст. 6 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», а также п. 2 ч. 1 ст. 9 и ч. 2 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката, защитник, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на защиту по уголовному делу, не вправе занимать по делу позицию, противоположную позиции доверителя и действовать вопреки его воле, за исключением случаев, когда адвокат убежден в наличии самооговора своего подзащитного.

С учетом того обстоятельства, что адвокат не выполнил обязанности по осуществлению защиты подсудимого М. в суде первой инстанции, судебная коллегия по уголовным делам суда ХМАО-Югры отменила приговор, направив дело на новое рассмотрение.

Истечение сроков давности привлечения к уголовной ответственности

и отсутствие доказательств вины подсудимого послужили основанием для

изменения судебного решения

Приговором Урайского городского суда К. осужден по п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Суд апелляционной инстанции при проверке приговора установил нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло 2 года.

Санкция ч. 2 ст. 115 УК РФ предусматривает уголовную ответственность на срок до 2 лет лишения свободы, в соответствии со ст. 15 УК РФ преступление относится к категории небольшой тяжести.

Согласно ст. 94 УК РФ сроки давности при освобождении несовершеннолетних от уголовной ответственности сокращаются наполовину.

Указанное преступление К. совершил в несовершеннолетнем возрасте, а срок привлечения его к уголовной ответственности истек в январе 2016 года, в связи с чем, уголовное дело подлежало прекращению.

Кроме того, в соответствии со ст. 302 УПК РФ, п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.1996 № 1 «О судебном приговоре» обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана.

Судом первой инстанции К. осужден за угрозу убийством А., при этом в основу обвинения положены только показания потерпевшего, данные им в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании в связи с его смертью. К. вину в совершении угрозы убийством не признал, а иных доказательств, свидетельствующих о его причастности к преступлению, представлено не было.

Учитывая, что в соответствии со ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, толкуются в пользу обвиняемого, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии в действиях К. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ

С учетом внесенных в приговор изменений наказание осужденному снижено.

Нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные

в ходе предварительного расследования, повлекли оправдание осужденного в части предъявленного обвинения

Приговором Октябрьского районного суда С. осужден по п. «б» ч. 3 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 11 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

С. признан виновным в незаконном сбыте наркотических средств массой не менее 0,08 гр. и 0,69 гр. и хранении наркотиков массой 24,36 гр.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Признав С. виновным в сбыте наркотических средств массой 0,08 гр. суд сослался на доказательства, полученные с нарушением закона.

Согласно ч. 5 ст. 164, ч. 10 ст. 166, п. 5 ч. 1 ст. 204 УПК РФ в заключении эксперта указываются сведения о предупреждении его об ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения.

В нарушение указанного требования перед производством экспертизы, определяющей вид и массу наркотического средства, эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что повлекло признание заключения экспертизы недопустимым доказательством.

Исходя из норм ст. 75 УПК РФ недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания.

Признание заключения экспертизы не имеющим юридической силы явилось основанием для оправдания С. по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Кроме того, судебная коллегия не согласилась с выводами суда первой инстанции о признании С. виновным в незаконном хранении наркотиков массой 24,36 гр.

Из материалов уголовного дела следует, что осмотр места происшествия – квартиры, принадлежащей С., в ходе которого было изъято наркотическое средство, произведен оперуполномоченным до возбуждения уголовного дела. При этом, исходя из показаний понятых и осужденного, перед началом осмотра им было представлено на обозрение решение Няганского городского суда о разрешении производства обыска. Однако в материалах дела какого-либо судебного решения о разрешении на проведение обыска у С. не имеется.

При таких обстоятельствах апелляционная инстанция сочла, что результаты осмотра места происшествия, фактически проведенного как осмотр жилища до возбуждения уголовного дела, получены с нарушением УПК РФ и не могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Более того, предметы и вещества, изъятые при личном досмотре С., были упакованы в три пакета и пронумерованы, а на физико-химическую экспертизу поступили в одном пакете черного цвета. Данное несоответствие породило сомнение в целостности представленной на экспертизу упаковки и подлинности предметов и веществ, изъятых у С., что повлекло признание постановления следователя о назначении экспертиз и физико-химические экспертизы недопустимыми доказательствами.

С учетом того, что иных доказательств, подтверждающих вину С. в незаконном хранении наркотических средств, не представлено, он был оправдан по ч. 2 ст. 228 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления.

Кроме того, действия осужденного по факту сбыта наркотического средства массой 0,69 гр. судом апелляционной инстанции переквалифицированы с п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ (пособничество в приобретении и хранении наркотиков, совершенные в крупном размере), поскольку осужденный фактически оказал содействие в приобретении наркотические средства на денежные средства, переданные ему К.

Приговор отменен в связи с тем, что в его основу положены доказательства, не исследованные в судебном заседании

Приговором Нефтеюганского районного суда М., В., А., Г. осуждены по ч. 3 ст. 162, ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 132, ч. 1 ст. 127 УК РФ к лишению свободы.

При вынесении приговора судом первой инстанции допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Согласно ч. 3 ст.240 УПК РФ, а также п.п.2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.1996 №1 «О судебном приговоре» приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании; ссылка в приговоре на показания подсудимого, потерпевшего и свидетелей, данные при производстве предварительного расследования, допустима только при оглашении судом этих показаний в порядке, предусмотренном ст.276 УПК РФ и ст.281 УПК РФ; при постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства.

Указанные требования закона судом не соблюдены.

Из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания следует, что в основу приговора положены выводы суда, основанные на доказательствах, которые не были исследованы непосредственно в судебном заседании в условиях состязательности процесса по правилам, установленным статьями 87, 88 УПК РФ, что противоречит основам уголовного судопроизводства.

В описательно-мотивировочной части приговора в качестве доказательств приведены показания потерпевших, данные в ходе предварительного следствия. Однако согласно протоколу судебного заседания указанные показания в судебном заседании не оглашались.

В связи с допущенными нарушениями суд апелляционной инстанции отменил приговор и направил уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение.

ПЕРЕСМОТР СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

В КАССАЦИОННОМ ПОРЯДКЕ

Апелляционный приговор отменен ввиду

нарушений уголовно-процессуального закона

Постановлением мирового судьи судебного участка Когалымского судебного района уголовное дело в отношении Т., обвиняемого по ч. 1 ст. 119 УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ в связи с примирением с потерпевшей.

Когалымский городской суд счел убедительными доводы апелляционного представления прокурора о несоблюдении мировым судьей процедуры уголовного судопроизводства, в связи с рассмотрением уголовного дела в особом порядке по ходатайству обвиняемого, заявленному в нарушение ч. 2 ст. 315 УПК РФ в ходе судебного разбирательства, и отсутствии оснований для освобождения Т. от уголовной ответственности за примирением сторон. По результатам апелляционного рассмотрения постановление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям отменено и вынесен в отношении Т. обвинительный приговор, которым Т. признан виновным по ст. 119 УК РФ и осужден к наказанию в виде обязательных работ сроком на 240 часов.

Вместе с тем по смыслу ст. 389.20 УПК РФ, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.11.2012 № 26 «О применении норм уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», в силу положений ч. 3 ст. 50 Конституции РФ, согласно которым осужденный за преступление имеет право на пересмотр приговора вышестоящим судом, в порядке, установленном федеральным законом, суд апелляционной инстанции не вправе отменить постановление суда первой инстанции о прекращении уголовного дела и постановить обвинительный приговор.

В подобных случаях, отменяя по представлению прокурора постановление суда первой инстанции по основаниям, влекущим ухудшение положения лица, в отношении которого уголовное дело было прекращено, суд апелляционной инстанции определением (постановлением) передает уголовное дело на новое судебное разбирательство либо при наличии препятствий к рассмотрению дела судом возвращает его прокурору. При этом суд апелляционной инстанции не вправе предрешать выводы суда об обстоятельствах, указанных в ч. 4 ст. 389.19 УПК РФ, поскольку при повторном рассмотрении дела суд первой инстанции обязан решить вопросы о виновности или невиновности подсудимого и о применении уголовного закона, исходя из оценки доказательств, в соответствии с требованиями ст.ст. 17 и 88 УПК РФ.

Таким образом, обвинительный приговор по настоящему делу был постановлен вопреки приведенным требованиям уголовно-процессуального закона, определяющим полномочия суда апелляционной инстанции. В связи с чем, по представлению прокуратуры округа приговор кассационной инстанцией отменен, уголовное дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в Когалымский городской суд.

Приговор изменен в связи с неверной юридической

оценкой действий осужденного

Нефтеюганским районным судом Р. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к штрафу в размере 20 000 руб. Приговор постановлен в особом порядке судебного разбирательства.

Действия осужденного квалифицированы как незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере.

Как установлено судом и следует из материалов уголовного дела, Р. незаконно хранил гашиш до момента его задержания и изъятия при личном досмотре сотрудниками правоохранительных органов.

В нарушение положений ч. 8 ст. 316 УПК РФ в приговоре не указаны все обстоятельства преступного деяния, с обвинением в котором согласился подсудимый, а именно: место, время и способ совершения незаконного приобретения наркотического средства.

Поскольку указанные обстоятельства не установлены, осуждение Р. за незаконное приобретение наркотических средств признано незаконным и исключено из приговора, наказание снижено.

Из приговора исключено отягчающее обстоятельство -

совершение преступления в состоянии опьянения

Приговором Нижневартовского городского суда Х. осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «г» ч. 2 ст. 161 (4 преступления), ч. 3, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 9 годам 7 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. В апелляционном порядке приговор не рассматривался.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ судья (суд), назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ.

При назначении наказания Х. суд признал отягчающим обстоятельством совершение преступлений в отношении А., К., Л., П. и З. в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, однако в описательно-мотивировочной части приговора не привел убедительных мотивов, по которым пришел к такому выводу. Суд не принял во внимание обстоятельства преступлений, не мотивировал влияние состояния опьянения на поведение Х. при совершении этих преступлений. Данное нарушение закона является существенным, повлиявшим на исход дела. В связи с этим указанное отягчающее обстоятельство кассационной инстанцией исключено из приговора, наказание снижено.

По аналогичным основаниям президиумом суда округа изменен приговор Ханты-мансийского районного суда в отношении К., осужденного по ч. 2 ст. 158 УК РФ к лишению свободы, наказание снижено.

Несовершеннолетним осужденным не может быть назначено

дополнительное наказание в виде ограничения свободы

Приговором Березовского районного суда С. и Л. осуждены по п. «а» ч. 3 ст. 132, п. «б» ч. 4 ст. 132, п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 6 годам 9 месяцам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год каждому, с отбыванием наказания в воспитательной колонии. В апелляционном порядке приговор оставлен без изменения.

Как усматривается из приговора, С. и Л. совершили преступления в несовершеннолетнем возрасте, и им судом назначено наказание в виде лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год (по совокупности преступлений).

При этом судом не приняты во внимание положения ч. 5 ст. 88 УК РФ, в соответствии с которыми ограничение свободы назначается несовершеннолетним осужденным только в виде основного наказания.

Несмотря на то, что ст. 53 УК РФ не предусматривает особенности применения наказания в виде ограничения свободы в отношении лиц, которым ко времени совершения преступления не исполнилось 18 лет, однако в ст. 88 УК РФ о видах наказаний, назначаемых несовершеннолетним, указано, что ограничение свободы назначается несовершеннолетним осужденным в качестве основного наказания на срок от 2 месяцев до 2 лет. Иных случаев назначения наказания несовершеннолетним лицам в виде ограничения свободы УК РФ не предусмотрено.

В связи с этим из приговора исключено назначение С. и Л. дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Приговор изменен в связи с нарушением предельного срока исправительных работ

Приговором Кондинского районного суда С. осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам исправительных работ с удержанием из заработной платы 10% в доход государства, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – к 2 годам исправительных работ с удержанием из заработной платы 10% в доход государства, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 2 года 5 месяцев исправительных работ с удержанием из заработной платы 10% в доход государства, от отбывания наказания С. освобожден на основании п.п. 9, 12 постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 24.04.2015 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».

Апелляционным постановлением суда ХМАО-Югры приговор изменен, исключено указание на освобождение С. от наказания в связи с применением акта об амнистии и снятие с него судимости за совершенные преступления.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», окончательное наказание в виде исправительных работ, назначенное по совокупности преступлений или приговоров, не может превышать предельные сроки, установленные для этого вида наказания в ч. 2 ст. 50 УК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 50 УК РФ исправительные работы устанавливаются на срок от 2 месяцев до 2 лет.

Между тем назначенное С. наказание в виде исправительных работ по совокупности преступлений составило 2 года 5 месяцев, что не соответствует требованиям закона.

При таких обстоятельствах, приговор в отношении С. судом кассационной инстанции изменен, наказание назначено путем поглощения менее строгого наказания более строгим, снижено до 2 лет.

В связи с отсутствием в резолютивной части приговора решения суда об отмене условного осуждения исключено назначение осужденному наказания по совокупности приговоров

Приговором Ханты-Мансийского районного суда Ч. осужден по ст. 314.1 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – к 12 годам лишения свободы, ч. 2 ст. 228 УК РФ – к 4 годам лишения свободы, ч. 1 ст. 318 УК РФ – к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ – к 14 годам лишения свободы, в соответствии со ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения наказания по приговору от 24.01.2013 окончательно назначено 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии особого режима. В апелляционном порядке приговор оставлен без изменения.

В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока умышленного тяжкого или особо тяжкого преступления условное осуждение отменяется и наказание назначается по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ.

В период испытательного срока Ч. совершил особо тяжкое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

В описательно-мотивировочной части приговора суд правильно сослался на ч. 5 ст. 74 УК РФ и указал на необходимость отмены Ч. условного осуждения по приговору от 24.01.2013 и применения положений ст. 70 УК РФ, но вопреки требованиям закона в резолютивной части приговора не отменил условное осуждение по указанному приговору.

В этой связи приговор в части назначения Ч. наказания по правилам ст. 70 УК РФ президиумом суда округа признан незаконным, указание о назначении осужденному окончательного наказания по совокупности приговоров исключено.

Судимости за совершенные преступления, от наказания за которые лицо освобождено в связи с декриминализацией уголовных деяний, рецидив в действиях лица не образуют

Приговором Белоярского городского суда Д. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Определением суда ХМАО-Югры приговор изменен, исключено указание о назначении Д. наказания с учетом отягчающего обстоятельства – совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наказание снижено до 9 лет 3 месяцев лишения свободы.

Судом первой инстанции в действиях Д. рецидив преступлений необоснованно признан обстоятельством, отягчающим наказание. Апелляционной инстанцией данное нарушение не устранено.

Признавая наличие в действиях Д. рецидива преступлений, суд сослался на его судимость за умышленное тяжкое преступление.

Д. был осужден 30.01.2012 по ч. 2 ст. 228УК РФ к 4 годам лишения свободы за то, что в декабре 2011 года незаконно изготовил и хранил без цели сбыта наркотическое средство в особо крупном размере - 7,86 гр. дезоморфина.

Однако от назначенного наказания по этому приговору Д. постановлением Калининского районного суда г. Тюмени от 19.07.2013 в порядке п. 13 ст. 397 УПК РФ был освобожден в силу ст. 10 УК РФ в связи с изменениями, внесенными в УК РФ Федеральным законом от 01.03.2012, с учетом постановления Правительства РФ от 01.10.2012 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств…» и примечания к этому постановлению, в соответствии со ст. 14 УК РФ о презумпции невиновности.

Таким образом, действия Д., за которые он был осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ и отбывал реальное лишение свободы, в настоящее время и на момент постановления обжалуемых судебных решений не являлись уголовно наказуемыми. В связи с этим оснований для признания в его действиях рецидива преступлений не имелось.Данное отягчающее обстоятельство исключено из приговора, наказание снижено.

ПРАКТИКА ВЫНЕСЕНИЯ

РЕАБИЛИТИРУЮЩИХ РЕШЕНИЙ

Приговором Белоярского городского суда М. оправдан за отсутствием в его действиях составов преступлений, предусмотренных ч.1 ст.222 и ч. 1 ст. 222.1 УК РФ.

Органом дознания М. обвинялся в незаконном хранении одного патрона для нарезного огнестрельного оружия и пороха общей массой 82 гр.

Оправдывая М. суд признал протокол осмотра места происшествия недопустимым доказательством, поскольку законных оснований для его проведения не имелось. Так, из имеющегося в материалах дела рапорта оперативного дежурного следует, что изъятие предметов в доме М. произведено 22.03.2016 в 15 часов, в то время как согласно протоколу осмотр проведен с 15 часов 15 минут до 16 часов 10 минут. Кроме того, перед производством следственного действия согласие на его проведение получено лишь у отца М., хотя в доме проживал сам обвиняемый. При этом фактически был проведен не осмотр места происшествия, а обыск в жилище, для чего требовалось соответствующее решение суда. Помимо этого, Г. и Щ. не могли принимать участие в качестве понятых при производстве осмотра места происшествия, поскольку Г. являлся инспектором Природнадзора ХМАО-Югры и принимал участие в рейде, а Щ. является родственником М.

Также судом указано о нарушениях, допущенных сотрудниками полиции при направлении изъятых в ходе осмотра места происшествия патрона и пороха для проведения экспертных исследований, которые выразились в переупаковке указанных объектов без составления соответствующего процессуального документа. Данное обстоятельство сделало невозможным установить принадлежность предметов, представленных на экспертизу.

Кроме того, судом сделан вывод о том, что деяния М. лишь формально подпадают под признаки преступлений, предусмотренных ч.1 ст.222 и ч.1 ст.222.1 УК РФ, однако в силу малозначительности не представляют общественной опасности, поскольку он не предпринял попыток по использованию патрона как боеприпаса и пороха как взрывчатого вещества, не имел намерений патрон и порох сбыть.

Приговором Белоярского городского суда М. оправдана за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222.1 УК РФ.

М. обвинялась в том, что в доме на территории традиционного природопользования (родовых угодьях), расположенного в лесном массиве, незаконно хранила порох общей массой 204 гр.

Одним из оснований оправдания М. явилось признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством, поскольку из указанных в протоколе координат невозможно определить точное местонахождение домовладения М., а также отсутствуют сведения о применении участвующими лицами технических средств. Помимо этого перед производством следственного действия согласие получено лишь у М., хотя в доме проживают ее супруг А. и несовершеннолетние дети.

Также судом указано о нарушениях, допущенных сотрудниками полиции при направлении изъятого в ходе осмотра места происшествия пороха для проведения экспертных исследований, которые выразились в переупаковке указанных объектов без составления соответствующего процессуального документа. Данное обстоятельство сделало невозможным установить принадлежность предметов, представленных на экспертизу. Кроме того, суд пришел к выводу о том, что деяние М. лишь формально подпадает под признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.222.1 УК РФ, однако в силу малозначительности не представляет общественной опасности, поскольку она не предприняла попыток использовать порох как взрывчатое вещество, не имела намерений его сбыть.

Приговором Кондинского районного суда Б. оправдан в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.228 УК РФ.

Б. обвинялся в том, что путем переписки в сети Интернет договорился с неустановленным лицом о приобретении наркотических средств. После прибытия к месту нахождения наркотика он был задержан, а наркотическое средство из "закладки" изъято.

Свое решение суд мотивировал отсутствием неоспоримых доказательств того, что обвиняемый подходил к месту "закладки", а сотрудники полиции воспрепятствовали ему приобрести наркотик. Суд пришел к выводу, что Б. добровольно отказался от дальнейшего совершения преступления, поскольку, оплатив наркотическое средство, добровольно не взял его с места закладки и соответственно не приобрел его.

Уголовно-судебный отдел

прокуратуры ХМАО-Югры

Возврат к списку